| УЧЁНЫЙ СОВЕТ | |
 |
Всем, кому не безразлична судьба украинской науки, у кого есть мысли и предложения, как лучше ее организовать, придать импульс научному творчеству и стимулировать инновационные процессы в стране, мы предоставляем возможность высказаться на нашем «Учёном Cовете». |
Украинская «оранжевая революция» - это национальный протест против коррупции, который аннигилировал первые результаты выборов 2004 года - возродил надежды на политические и социальные перемены. Но прошло больше года, а учёные всё менее довольны медленным движением реформы всё ещё «советской» исследовательской системы, которая, как они полагают, замедляется престарелым и анти-европейским научным истеблишментом.
Украинская «оранжевая революция» - это национальный протест против коррупции, который аннигилировал первые результаты выборов 2004 года - возродил надежды на политические и социальные перемены. Но прошло больше года, а учёные всё менее довольны медленным движением реформы всё ещё «советской» исследовательской системы, которая, как они полагают, замедляется престарелым и анти-европейским научным истеблишментом.
Нация с населением в 48 миллионов и второй по величине страной в Европе имеет давнюю научную традицию и множество академических институтов и исследовательских центров. Но, как и во всей Восточной Европе, наука перенесла сильный удар после развала коммунистической системы в 1991 году, и множеству исследователей пришлось покинуть страну.
После прихода к власти в январе 2005 года Виктора Ющенко, возродились надежды на то, что прозападный президент проведёт фундаментальную реформу научной системы. Но критики говорят, что обещания перейти к менее авторитарной системе таковыми и остались.
Основной объект критики - Национальная Академия Наук Украины (НАНУ), которая управляет 174 институтами и насчитывает 28 тысяч исследователей. Мощная академия является реликтом советского научного комплекса и господствует в украинской науке. Средний возраст академика - около 71 года; президент, Борис Патон, специалист в области электрической сварки и сын бывшего президента, недавно отметил 85-летие.
Основная деятельность академии связана с механикой, материаловедением и физикой, что, по мнению критиков, не более чем другие термины для описания работы оборонно-ориентированных машиностроительных институтов. А производительность низка. По данным Института научной информации Томсона, академические учёные публикуют около полутора тысяч научных работ в год, что составляет около трети от производительности одного Манчестерского Университета.
Но критики говорят, что академия не заинтересована в проведении независимой оценки её научной деятельности. Заявляют также о повсеместной коррупции. Например, ходят слухи, что попытка установить более тесные связи между Украиной и западноевропейскими институтами путём присоединения Украины к общеевропейской высокоскоростной сети передачи данных провалилась из-за того, что академики требовали взяток. Также существует мнение, что академические лидеры, опасаясь конкуренции и утрату влияния, блокируют попытки стимулирования участия Украины в исследовательских программах, финансируемых Европейским Союзом (ЕС), намеренно утаивая информацию и отказываясь сотрудничать с властями ЕС.
«Академия ни в какой реформе не заинтересована», - говорит Алексей Боярский, физик-теоретик из Европейской организации по ядерным исследованиям, европейской лаборатории физики элементарных частиц в Женеве, Швейцария. «Никаких изменений в Украине не будет, пока нынешняя система существует».
Украинские учёные могут получать на исследования деньги ЕС благодаря договору о сотрудничестве от 2002 года, устанавливающему рамочную программу Европейской Комиссии по исследованиям. Но настоящий момент только семь из тысяч проектов, финансируемых ЕС, включают украинских участников, говорит Вадим Ященков, заместитель директора Украинского Национального информационного центра исследований ЕС.
Согласно Ященкову, это частично вызвано общей слабостью украинской науки и промышленности, а также сложной процедурой подачи заявки на участие, что сдерживает многих учёных.
Но мешает более активному участию также и то, что академия пассивна в распространении документов и информации, говорит Олег Напов, учёный атташе при Украинской Миссии в Брюсселе, Бельгия. Например, Напов подал предложение на проведение научной реформы в украинское министерство исследований. Он говорит, что когда он попросил академию обозначить её научные приоритеты, то получил только список фамилий и званий всех нынешних академиков с резолюцией «приоритетом академии являются сами академики».
«Может, они нас неправильно спросили», - возражает Ярослав Яцкив, директор главной астрономической обсерватории в Киеве и член президиума академии. На момент выхода этой статьи в свет президент Патон не отреагировал на запрос.
Яцкив говорит, что он осознаёт, что коррупция в академии в большом почёте. «К сожалению, финансирование зависит не от научных заслуг», - сокрушается он. Но тут же добавляет, что предпринимаются попытки провести оценку и возможную реформу деятельности академии.
Утечка мозгов
Недавно Яцкив предложил создать Национальный Научный Фонд, который, как и его американский двойник, будет финансировать исследования, исходя исключительно из объективной оценки. Но в прошлом году Патон на заседании президиума академии заявил, что будущая роль академии должна соответствовать роли, которую играет Сибирское отделение Российской Академии Наук, ещё один реликт советского научного комплекса. «Я не думаю, что это хорошая мысль», - говорит Яцкив.
Сопротивление ретроградным планам академии растёт, как в самой Украине, так и за её пределами. Могучая кучка 13-ти украинских учёных, возглавляемая Боярским, предложила научному министерству страны подробную концепцию национальной реформы, включающую глубокую оценку всех институтов академии, создание международного института продвинутых исследований в Киеве и ряд образцовых центров, поддерживаемых ЕС.
«Ситуацию в стране нужно существенно улучшить», - говорит Алексей Верхратский, родившийся на Украине нейрофизиолог Манчестерского Университета и член группы Боярского. «Если этого не делать, молодые таланты покинут страну. Значительное число украинских учёных, работающих за границей (включая меня), вернётся домой, если научная сфера будет реорганизована».
«У нас такой же научный и политический потенциал, как и у Польши и Венгрии, чтобы стать настоящим членом Европы», - добавляет Олег Кришталь, заместитель директора академического физиологического института Богомольца в Киеве. «Что нам нужно, так это крепкий политический толчок. Ясно, что сама академия не займётся своим ремонтом, пока ключевые посты занимает старая гвардия».
Христиан Патерманн, отвечающий за биотехнологию, сельское хозяйство и продукты питания при генеральной дирекции Европейской Комиссии по вопросам исследований в Брюсселе, привёз на Украину делегацию ЕС в прошлом месяце. Он говорит, что научный потенциал страны в таких областях, как материаловедение, энергетика, космос и органические удобрения впечатляет и заслуживает самой широкой европейской поддержки. Патерманн настроен оптимистически и полагает, что академия когда-нибудь перестанет ставить палки в колесо реформ. «Чешская Республика, Венгрия и Прибалтийские страны успешно реформировали свои академии наук; рано или поздно это произойдёт и на Украине».
Вернуться